Проповедь во вторник первой седмицы Великого поста после великого повечерия в Сретенском ставропигиальном монастыре

24.02.2026

В вели­ко­пост­ной молит­ве «Гос­по­ди и Вла­ды­ко живо­та мое­го» пере­чис­ля­ют­ся очень важ­ные состо­я­ния, кото­рые вли­я­ют на духов­ную жизнь чело­ве­ка: «Дух празд­но­сти, уны­ния, любо­на­ча­лия и празд­но­сло­вия не даждь ми».

Кажет­ся, что в этом перечне есть состо­я­ния, кото­рые для всех нас совер­шен­но понят­ны: если они овла­де­ва­ют чело­ве­ком, то это опас­но. Но есть по край­ней мере одно, кото­рое может и не вызы­вать осо­бой оза­бо­чен­но­сти. Празд­ность, конеч­но, вызы­ва­ет оза­бо­чен­ность — чело­век празд­ный может упо­тре­бить свое вре­мя во вред, может зара­зить­ся раз­но­го рода при­ло­га­ми, как гово­рят свя­тые отцы, или иску­ше­ни­я­ми. А вот сле­ду­ю­щее за ним уны­ние неред­ко не пред­став­ля­ет­ся таким опас­ным: поуны­вал чело­век, да и про­шло всё. Поче­му же тогда уны­ние пере­чис­ля­ет­ся вме­сте с таки­ми состо­я­ни­я­ми, как празд­ность? Раз­ве, в кон­це кон­цов, это не лич­ное дело чело­ве­ка? Уны­ва­ешь, но ведь вре­да нико­му не при­но­сишь, кро­ме само­го себя?

Так вот, уны­ние при­но­сит очень боль­шой вред. Преж­де все­го оно ука­зы­ва­ет на незна­ние основ духов­ной жиз­ни, либо на то, что вера очень сла­бая, либо на то, что чело­век и не заду­мы­ва­ет­ся о вере, живет как неве­ру­ю­щий. Этот порок про­яв­ля­ет себя и вовне. Есть поро­ки, кото­рые затра­ги­ва­ют толь­ко само­го чело­ве­ка, так что он вре­дит лишь себе; а уны­ние нано­сит вред и впав­ше­му в этот грех, и его отно­ше­ни­ям с другими.

Воз­ни­ка­ет очень важ­ный вопрос: как же спра­вить­ся с уны­ни­ем? Ино­гда люди, зани­ма­ю­щи­е­ся пси­хи­ат­ри­ей, утвер­жда­ют, что уны­ние — это некая ано­ма­лия, в каком-то смыс­ле сло­ва пси­хи­че­ская. Может, в каких-то слу­ча­ях так оно и есть; но каж­дый из нас с таки­ми людь­ми встре­чал­ся или сам про­хо­дил через это состо­я­ние и зна­ет, что уны­ние неред­ко посе­ща­ет людей урав­но­ве­шен­ных, пси­хи­че­ски совер­шен­но здоровых.

Уны­ние свя­за­но в первую оче­редь с осо­зна­ни­ем сво­ей непол­но­цен­но­сти, неспо­соб­но­сти. Вот гото­вит­ся моло­дой чело­век к экза­ме­нам, а сда­ет их пло­хо, и уны­ние — это пер­вое, что его посе­тит. Уны­ние свя­за­но с само­кри­ти­кой, при­чем само­кри­ти­кой опас­ной. Чело­век может зада­вать себе вопрос: «А может, я вооб­ще ни на что не способен?»

Дру­ги­ми сло­ва­ми, уны­ние — это очень опас­ная эмо­ция, кото­рая сни­жа­ет уро­вень чело­ве­че­ской актив­но­сти и вооб­ще изме­ня­ет каче­ство жиз­ни. Нахо­дясь в посто­ян­ном уны­нии, чело­век рис­ку­ет. Рис­ку­ет навре­дить себе, сво­ей духов­ной жиз­ни, а ино­гда и пси­хи­че­ско­му состоянию.

Поэто­му, как толь­ко уны­ние при­ка­са­ет­ся к душе, необ­хо­ди­мо это­му состо­я­нию сра­зу поста­вить пре­де­лы, что­бы оно не гос­под­ство­ва­ло над мыс­ля­ми, над чув­ства­ми, что­бы не пора­бо­ща­ло лич­ность. Ина­че резуль­тат может быть самый пла­чев­ный, и уны­ние может поме­шать и в тру­де, и в семей­ной жиз­ни, и в отно­ше­ни­ях с род­ны­ми, близ­ки­ми, кол­ле­га­ми. Но самое глав­ное: уны­ние как грех раз­ру­ша­ет духов­ную осно­ву чело­ве­че­ской жиз­ни, чело­ве­че­ской личности.

Чело­век уны­ва­ю­щий — это непол­но­цен­ный чело­век. Он не может адек­ват­но оце­нить ситу­а­цию, у него не может быть трез­во­го взгля­да на окру­жа­ю­щих. Такие люди все­гда очень слож­ны в обще­нии, и душев­ное состо­я­ние чело­ве­ка, впав­ше­го в уны­ние, может про­еци­ро­вать­ся и на окружающих.

Каза­лось бы, грех лич­ный, част­ный, чаще все­го скры­тый — кто же уны­ние выстав­ля­ет напо­каз? Уж если выстав­ля­ет, то это сле­ду­ю­щий этап духов­но­го помра­че­ния, когда насту­па­ет отча­я­ние. А если отча­я­ния нет, то поуны­вал-поуны­вал и вро­де как нико­му, кро­ме себя, и вре­да не принес.

Веру­ю­щий чело­век пре­да­ет себя в руки Божии, даже когда про­хо­дит через труд­но­сти, испы­та­ния, болез­ни и мно­гое дру­гое, что порой очень тяже­ло отзы­ва­ет­ся на душе. А уны­ние — это в каком-то смыс­ле сви­де­тель­ство о сла­бой вере. Уны­ние может быть свя­за­но с реаль­ной про­бле­мой в жиз­ни, а чаще все­го ни с какой про­бле­мой не свя­за­но — это про­сто болез­нен­ное состо­я­ние души.

Вот поче­му свя­тые отцы запи­са­ли уны­ние в чис­ло гре­хов­ных состо­я­ний — так оно и есть. Пото­му что невоз­мож­но уны­вать, если ты в Бога веришь, если веришь в Его Про­мысл. Что-то не уда­лось — усиль молит­ву, посмот­ри на себя кри­ти­че­ски со сто­ро­ны, и ока­жет­ся, что дело в каких-то тво­их сла­бо­стях, или даже гре­хов­но­сти, или неспо­соб­но­сти решать некие зада­чи. Дру­ги­ми сло­ва­ми, уны­ние сле­ду­ет вос­при­ни­мать как вызов, и жела­ние раз­ре­шить про­бле­мы и труд­но­сти, кото­рые при­ве­ли к уны­нию, — это поло­жи­тель­ный ответ на него. А когда мы теря­ем само­об­ла­да­ние, когда начи­на­ем скор­беть не от того, что про­изо­шло в реаль­но­сти, а от того, что в нашей душе, — зна­чит, уны­ние нас изнут­ри раз­ру­ша­ет и ослаб­ля­ет, то есть мы под­чи­ни­лись греху.

Поэто­му неслу­чай­но мы молим­ся: «дух празд­но­сти, уны­ния, любо­на­ча­лия и празд­но­сло­вия не даждь ми». Из все­го, что пере­чис­ля­ет­ся в этой стро­ке, уны­ние, навер­ное, самое опас­ное состо­я­ние. И пра­во­слав­ный чело­век дол­жен пони­мать: если его посе­ти­ло уны­ние, это, конеч­но, нава­жде­ние. Может быть, от лука­вой силы, или от недо­стат­ка веры, или от недо­стат­ка зна­ний, кото­ры­ми дол­жен обла­дать веру­ю­щий чело­век, что­бы сопро­тив­лять­ся таким искушениям.

Дру­ги­ми сло­ва­ми, уны­ние нико­гда не долж­но нас побеж­дать. Пото­му что мы начи­на­ем уны­вать не от того, что уже про­изо­шло, а чаще все­го в свя­зи с тем, что может про­изой­ти, то есть уны­ва­ем как бы зара­нее. Про­стой при­мер: чело­век гото­вит­ся к како­му-то важ­но­му собы­тию, будь то в семей­ной или про­фес­си­о­наль­ной жиз­ни, зара­нее начи­на­ет пере­жи­вать и зада­вать себе вопрос: «Полу­чит­ся — не полу­чит­ся? Смо­гу — не смо­гу?» И неред­ко эти мыс­ли при­во­дят к уны­нию: «Да куда мне? Да не справ­люсь!» Это нано­сит чело­ве­ку очень боль­шой вред, при­чем вред духов­ный; вот поче­му и запи­са­но уны­ние в чис­ло тех состо­я­ний, с кото­ры­ми все­не­пре­мен­но нуж­но бороться.

Чаще все­го уны­ние име­ет какие-то при­чи­ны. Если моло­дой силь­ный чело­век начи­на­ет уны­вать, то, может быть, за этим некий диа­гноз, пото­му что такое состо­я­ние несвой­ствен­но моло­дым. А если уны­ва­ет чело­век в воз­расте, кото­ро­го уже кос­ну­лись болез­ни, то здесь есть осно­ва­ние для уны­ния. Но в любом слу­чае, в любом воз­расте нуж­но пом­нить: когда при­ка­са­ет­ся к тебе уны­ние, это от лука­во­го, это не от Бога.

Бог нико­гда не посе­ща­ет чело­ве­ка уны­ни­ем. В ответ на молит­ву Гос­подь дает надеж­ду, дает бла­го­дать, дает силы решать те или иные про­бле­мы, даже тяже­лые. А вот если вме­сто готов­но­сти решать труд­но­сти и про­бле­мы нас посе­ща­ет уны­ние, то нуж­но пом­нить: это иску­ше­ние, это от того, кто явля­ет­ся про­тив­ни­ком человеку.

Хоро­шо извест­ны слу­чаи, когда уны­ние при­во­ди­ло к тра­ги­че­ским послед­стви­ям. Ино­гда уны­ние раз­ру­ша­ет семьи или меша­ет чело­ве­ку впи­сать­ся в кол­лек­тив и пло­до­твор­но рабо­тать — мож­но пере­чис­лить мно­го обсто­я­тельств, кото­рые дей­стви­тель­но при­но­сят боль­шой вред душе из-за того, что чело­век не спра­вил­ся с этим тяже­лым и опас­ным состоянием.

Для того что­бы враг рода чело­ве­че­ско­го, посе­яв такое состо­я­ние в нашу душу, не добил­ся успе­ха, нуж­но пре­се­кать уны­ние на кор­ню. Во-пер­вых, пораз­мыш­лять: «Вот я уны­ваю, мне кажет­ся, что всё очень пло­хо. А если разо­брать­ся, может, совсем не всё так пло­хо? Вот на лест­нич­ной пло­щад­ке живет сосед-инва­лид, но не уны­ва­ет, — а я здо­ро­вый!» Так, срав­ни­вая свои обсто­я­тель­ства с жиз­нью людей, более, чем мы, ущем­лен­ных в воз­мож­но­стях, мы можем и долж­ны иско­ре­нять из себя вся­кие наме­ки на уныние.

Но в первую оче­редь мы долж­ны бороть­ся с этим состо­я­ни­ем, опас­ным и гре­хов­ным, пото­му что мы веру­ю­щие люди. Мы пре­да­ем свою жизнь в руки Божии, и Гос­подь ведет нас по жиз­ни. И если вдруг нас посе­ща­ет уны­ние, то ответ дол­жен быть толь­ко один: горя­чая молит­ва и прось­ба к Гос­по­ду и Спа­си­те­лю, что­бы Он, во-пер­вых, не дал про­изой­ти воз­мож­ным непри­ят­но­стям, кото­рые порож­да­ют у нас уны­ние, а, во-вто­рых, дал нам силы пре­одо­леть и эти чув­ства, такие опас­ные для духов­ной и духов­ной жизни.

Вели­кий пост учит нас очень мно­го­му. Мы слы­шим осо­бые молит­во­сло­вия, и это вре­мя спра­вед­ли­во назва­но свя­ты­ми отца­ми духов­ной вес­ной. Вес­на — это вре­мя, когда рас­кры­ва­ют­ся поч­ки, зеле­не­ют дере­вья, когда про­буж­да­ет­ся жизнь. Точ­но то же самое долж­но про­ис­хо­дить и в нашей духов­ной жиз­ни. Пост — это духов­ная вес­на. Пост дей­стви­тель­но откры­ва­ет пер­спек­ти­ву духов­ной жиз­ни, а при пра­виль­ном устро­е­нии — и жиз­ни зем­ной, что все­гда быва­ет, когда мы живем по запо­ве­дям Божи­им. Пост дает нам надеж­ду на доб­рое и хоро­шее буду­щее. А вера наша, уча­стие в жиз­ни Церк­ви, испо­ведь, при­об­ще­ние Свя­тых Хри­сто­вых Таин дают надеж­ду и на спа­се­ние в жиз­ни вечной.

И да помо­га­ет нам Гос­подь имен­но так, гово­ря по-свет­ски, опти­ми­сти­че­ски, без вся­ко­го тяже­ло­го душев­но­го и духов­но­го над­ло­ма идти сво­им жиз­нен­ным путем. А уж если Гос­подь посе­ща­ет болез­нью или каки­ми-то дру­ги­ми обсто­я­тель­ства­ми, то нико­гда не отча­и­вать­ся. Пото­му что отча­я­ние не помо­жет пре­одо­ле­нию труд­но­стей. Отча­я­ние лишь ослаб­ля­ет чело­ве­ка — с одной сто­ро­ны, лиша­ет его воз­мож­но­сти верить в то, что Гос­подь помо­жет, а с дру­гой, меша­ет сопро­тив­лять­ся обсто­я­тель­ствам, кото­рые при­во­дят в это состояние.

Ина­че гово­ря, запо­ве­ди, кото­рые нам дал Гос­подь, заме­ча­тель­ные сло­ва Свя­щен­но­го Писа­ния, уче­ние отцов, всё то, чем мы нази­да­ем­ся во вре­мя Вели­ко­го поста, направ­ле­но лишь на одно: что­бы всем нам было луч­ше. Что­бы Гос­подь дал мир в душе, что­бы Гос­подь так напра­вил наши мыс­ли, что­бы мы мог­ли избе­жать вся­ких иску­ше­ний и соблаз­нов, вслед за кото­ры­ми непре­мен­но при­хо­дят про­бле­мы лич­ной, семей­ной жиз­ни и вооб­ще нару­ша­ет­ся внут­рен­нее спокойствие.

Еще раз хотел бы ска­зать, что вре­мя Вели­ко­го поста — это вре­мя духов­но­го про­буж­де­ния, это вес­на духов­ная, и дай нам Гос­подь, всем и каж­до­му, про­хо­дя попри­ще Свя­той Четы­ре­де­сят­ни­цы, по-насто­я­ще­му изме­нить­ся к луч­ше­му. С тем что­бы празд­ник Свя­той Пас­хи мы встре­ти­ли с радо­стью, с осо­зна­ни­ем того, что Гос­подь был с нами на пути вели­ко­пост­но­го попри­ща. И, осо­зна­вая, что Свя­тая Четы­ре­де­сят­ни­ца не про­шла мимо нас, осо­зна­вая некое бла­го­дат­ное при­кос­но­ве­ние к наше­му серд­цу и наше­му разу­му, будем и даль­ше с верой и упо­ва­ни­ем на волю Божию идти по жиз­нен­но­му пути.

Да помо­га­ет Гос­подь всем нам — духо­вен­ству, веру­ю­щим, да и вооб­ще наро­ду наше­му — сохра­нять веру, как бы ни были силь­ны иску­ше­ния, как бы ни рабо­та­ла про­тив веры совре­мен­ная циви­ли­за­ция, рас­став­ляя жиз­нен­ные акцен­ты так, что они все даль­ше и даль­ше уво­дят чело­ве­ка от Бога. Сохра­нив веру и вер­ность Гос­по­ду, мы сохра­ня­ем самое глав­ное — спо­соб­ность, не побо­юсь это­го ска­зать, быть счаст­ли­вы­ми. То есть жить в радо­сти о Гос­по­де, жить, пре­одо­ле­вая труд­но­сти, даже когда эти труд­но­сти кажут­ся очень зна­чи­тель­ны­ми. Если Бог с нами, кто про­тив нас? (см. Рим 8:31) — заме­ча­тель­ные сло­ва, кото­рые нам сле­ду­ет вре­мя от вре­ме­ни вспоминать.

Да хра­нит всех вас Гос­подь, мои доро­гие вла­ды­ки, отцы, бра­тья и сест­ры. Раду­юсь тому, что имел сего­дня воз­мож­ность совер­шить в Сре­тен­ской оби­те­ли это бого­слу­же­ние и помо­лить­ся вме­сте с вами. Хра­ни вас Господь.

Проповедь в день памяти блаженной Матроны Московской после Литургии в Покровском ставропигиальном монастыре

Проповедь в день памяти блаженной Матроны Московской после Литургии в Покровском ставропигиальном монастыре

Ваши Высокопреосвященство и Преосвященство! Досточтимая матушка игумения! Всегда с особым чувством посещаю сию святую обитель, наполненную множеством прихожан, обитель, которая особым образом сохраняет память о блаженной Матроне Московской. Пример двух святых, особо...

Проповедь в день памяти святителя Алексия Московского после Литургии в Богоявленском кафедральном соборе в Москве

Проповедь в день памяти святителя Алексия Московского после Литургии в Богоявленском кафедральном соборе в Москве

Во имя Отца и Сына и Святого Духа! Всех вас, дорогие владыки, отцы, братья и сестры, поздравляю с особым праздником — с памятью святителя Алексия, митрополита Киевского, Московского и всея Руси. Мы привыкли называть святителя Московским, хотя в то время он именовался...

Проповедь в пятницу первой седмицы Великого поста после Литургии Преждеосвященных Даров в Храме Христа Спасителя

Проповедь в пятницу первой седмицы Великого поста после Литургии Преждеосвященных Даров в Храме Христа Спасителя

Во имя Отца и Сына и Святого Духа! Сегодня мы вспоминаем великомученика Феодора Тирона, Феодора Воина. Чем же отличился этот воин? Он служил в армии, руководил которой языческий император, а потому весь порядок религиозной жизни воинов был основан на языческом культе...

Проповедь в четверг первой седмицы Великого поста после великого повечерия в Высоко-Петровском монастыре г. Москвы

Проповедь в четверг первой седмицы Великого поста после великого повечерия в Высоко-Петровском монастыре г. Москвы

Во имя Отца и Сына и Святого Духа! Святая Четыредесятница, Великий Пост — это особое время, которое Церковь дарит нам для того, чтобы именно в эти дни мы сделали то, что в другое время сделать очень трудно, особенно тем, кто живет и работает в больших городах. У...