Митрополит Филипп: «Бога ради, живите любовно»

Мит­ро­по­лит Филипп, управ­ляв­ший Рус­ской цер­ко­вью на про­тя­же­нии все­го двух лет, почи­та­ет­ся ею, как один из глав­ных свя­тых. Он был гени­аль­ным орга­ни­за­то­ром и молит­вен­ни­ком, — в нем две тра­ди­ции рус­ской Церк­ви — нес­тя­жа­те­ля Нила Сор­ско­го и Иоси­фа Волоц­ко­го — соеди­ня­лись без кон­флик­та. Во вре­ме­на, когда прав­да Божия попи­ра­лась, тво­ри­лась ложь и Цер­ковь долж­на была ее обли­чать, он стал голо­сом Церк­ви и ее мучеником.

Мит­ро­по­лит Филипп, управ­ляв­ший Рус­ской цер­ко­вью на про­тя­же­нии все­го двух лет, почи­та­ет­ся ею, как один из глав­ных свя­тых, про­си­яв­ших в нашей зем­ле. Мало в цер­ков­ной исто­рии архи­ере­ев, про­яв­ляв­ших нрав­ствен­ную стой­кость и веру столь же твер­дые, как во вре­ме­на гоне­ний на ран­них хри­сти­ан. Мит­ро­по­ли­ту Филип­пу уда­лось пока­зать подоб­ный при­мер. Не толь­ко Цер­ковь, но и пра­во­слав­ный народ Рос­сии хоро­шо зна­ет и чтит свя­то­го Филип­па. О нем выхо­дят кни­ги, образ его раз­ра­ба­ты­ва­ют кине­ма­то­гра­фи­сты, во имя него освя­ща­ют­ся новые хра­мы, а по Бело­му морю ходит корабль «Свя­ти­тель Филипп»…

Буду­щий архи­ерей родил­ся в 1507 году, в семье ста­рин­ных мос­ков­ских бояр Колы­че­вых. Ему дало было имя Федор. Дет­ство и юность он про­вел в достат­ке, ведь Колы­че­вы отно­си­лись к чис­лу самых бога­тых и вли­я­тель­ных родов Рос­сии. По всей види­мо­сти, еще в миру буду­щий мит­ро­по­лит стал чело­ве­ком «книж­ным», обрел вкус к учености.

Уви­дев, как в смут­ное вре­мя, когда на пре­сто­ле ока­зал­ся мла­де­нец, слу­жи­лая ари­сто­кра­тия при­ня­лась «тол­кать­ся лок­тя­ми», жесто­ко борясь за чины и дохо­ды, он отвра­тил­ся от при­двор­ной служ­бы. Уйдя из дома ради ино­че­ства, он пеш­ком отпра­вил­ся на север без денег и при­па­сов, а по доро­ге добы­вал про­пи­та­ние, наняв­шись пасти кре­стьян­ское ста­до. Добрав­шись до Солов­ков, Федор Колы­чев при­нял ино­че­ский постриг с име­нем Филиппа.

В крайне суро­вых усло­ви­ях север­но­го архи­пе­ла­га, мно­го и тяже­ло тру­дясь на хозяй­ствен­ных послу­ша­ни­ях, он поже­лал для себя боль­ших испы­та­ний. Филипп надол­го уда­лял­ся в пустынь. Соглас­но мона­стыр­ской тра­ди­ции, Филип­пу-пустын­но­жи­те­лю являл­ся окро­вав­лен­ный, стра­да­ю­щий Хри­стос, буд­то пред­ре­ка­ю­щий сво­им видом судь­бу ино­ка. Под­ви­зав­шись в Соло­вец­ком мона­сты­ре, Филипп при­знан был бра­ти­ей как чело­век боль­шо­го бла­го­че­стия. После несколь­ких отка­зов с его сто­ро­ны, быв­ший ари­сто­крат в 1546 году был при­нуж­ден стать игу­ме­ном обители.

Два­дцать лет про­вел буду­щий мит­ро­по­лит Филипп на игу­мен­стве. Чудес­ным обра­зом его тяга к уеди­не­нию, молит­вен­но­сти и пустын­но­жи­тель­ству соче­та­лась с недю­жин­ны­ми адми­ни­стра­тив­ны­ми спо­соб­но­стя­ми. Он быст­ро уве­ли­чил земель­ные вла­де­ния оби­те­ли, нашел бога­тых жерт­во­ва­те­лей (в том чис­ле царя и его семью), а на полу­чен­ные сред­ства начал мас­штаб­ное стро­и­тель­ство. При нем на Солов­ках под­нял­ся камен­ный Успен­ский храм, тра­пез­ная пала­та, Спа­со-Пре­об­ра­жен­ский собор, мно­же­ство хозяй­ствен­ных постро­ек, воз­ник­ла сеть кана­лов и появи­лась несколь­ко тех­ни­че­ских при­спо­соб­ле­ний, облег­чав­ших тяж­кий труд ино­ков. На Боль­шом Заяц­ком ост­ро­ве появи­лась пре­вос­ход­ная гавань с гости­ни­цей. Попол­ни­лись мона­стыр­ская биб­лио­те­ка и риз­ни­ца. Вме­сте с тем, стро­гий устав, раз­ра­бо­тан­ный Филип­пом, не поощ­рял стя­жа­тель­ства. Молит­вен­ная жизнь оби­те­ли дава­ла доб­рый обра­зец дру­гим мона­сты­рям Беломорья.

В 1566 году он стал мит­ро­по­ли­том Мос­ков­ским и всея Руси. Вызван­ный в Моск­ву, Филипп воз­ра­жал про­тив вос­хож­де­ния сво­е­го на мит­ро­по­ли­чью кафед­ру, одна­ко монарх заста­вил его. Филип­пу при­шлось дать обе­ща­ние «не всту­пать­ся» в оприч­ни­ну. Мит­ро­по­лит, види­мо, давал его с лег­ким серд­цем, ведь пер­вые два года оприч­ни­ны в Рос­сии мас­со­вых каз­ней не было: лиши­лось жиз­ни несколь­ко ари­сто­кра­тов, но ника­ко­го пере­во­ро­та усто­ев это не про­из­ве­ло. До нача­ла оприч­ни­ны мит­ро­по­лит Мака­рий, а затем и мит­ро­по­лит Афа­на­сий неод­но­крат­но «печа­ло­ва­лись» о судь­бе опаль­ных вель­мож, осуж­ден­ных на казнь. Потом Иван IV ото­брал это пра­во у Церк­ви. Но летом 1566-го мит­ро­по­лит Филипп спас от мас­со­вой рас­пра­вы чело­бит­чи­ков про­тив оприч­ни­ны. К тому же, царь вер­нул ему пра­во «печа­ло­вать­ся» за осужденных.

С углуб­ле­ни­ем оприч­ных поряд­ков монарх все реже при­слу­ши­ва­ет­ся к голо­су Церк­ви. Он крайне отри­ца­тель­но отно­сит­ся к попыт­кам архи­ере­ев изба­вить «измен­ни­ков» от смер­ти. Поз­во­лив мит­ро­по­ли­ту всту­пать­ся за опаль­ных, царь впо­след­ствии нару­шил свое обещание.

Дол­гое вре­мя отно­ше­ния гла­вы Церк­ви и гла­вы госу­дар­ства были доб­ры­ми. Так, в одном из посла­ний к бра­тии Соло­вец­ко­го мона­сты­ря, мит­ро­по­лит, отправ­ляя из Моск­вы мило­сты­ню, про­сил молить­ся за госу­да­ря и его семью. Посла­ние окан­чи­ва­лось сло­ва­ми, в кото­рых ясно виден душев­ный стер­жень свя­ти­те­ля: «А яз вас бла­го­слов­ляю и мно­го челом бью… Бога ради, живи­те любовно».

В 1567 году, рас­сле­дуя дело коню­ше­го И.П.Федорова, одно­го из пер­вых лиц в госу­дар­стве, царь при­ме­нил мас­со­вые каз­ни. Репрес­си­ям под­верг­лось мно­же­ство людей невин­ных — насель­ни­ков во вла­де­ни­ях вель­мож, их слуг, чле­нов семей. Мос­ков­ская Русь такой кро­ви не зна­ла, это не вхо­ди­ло в ее поли­ти­че­ские тра­ди­ции, это шата­ло ее обще­ствен­ное устройство.

Мит­ро­по­лит Филипп уго­ва­ри­вал царя отка­зать­ся от оприч­ни­ны: «…нача моли­ти, дабы госу­дарь пре­стал от тако­го неугод­но­го начи­на­ния Богу и все­му пра­во­слав­но­му хри­сти­ян­ству. И вос­по­мя­ну ему Еван­гель­ское сло­во: “Аще цар­ство на ся раз­де­лит­ся — запу­сте­ет”. И ина мно­га гла­го­ла со мно­ги­ми сле­за­ми…». Не добив­шись сво­е­го, позд­нее мит­ро­по­лит обли­чил воин­ство оприч­ни­ков при­люд­но: «Мы убо, царю, при­но­сим жерт­ву Гос­по­де­ви чисту и бес­кров­ну в мир­ское спа­се­ние, а за олта­рем непо­вин­но кровь лиет­ся хри­сти­ян­ская и напрас­но уми­ра­ют!» Он пуб­лич­но отка­зал царю в бла­го­сло­ве­нии, при­зы­вая Иван Васи­лье­ви­ча преж­де про­стить «согре­ша­ю­щих» ему. Как «пас­тырь доб­рый» мит­ро­по­лит Филипп готов был «душу свою поло­жить за овец».

Его про­тив­ле­ние нехри­сти­ан­ско­му жесто­ко­сер­дию Ива­на IV вызы­ва­ло цар­ский гнев. Иван Васи­лье­вич насто­ял на свер­ше­нии суда над мит­ро­по­ли­том. Архи­ерей­ские одеж­ды были насиль­но сорва­ны с него пря­мо в хра­ме, во вре­мя бого­слу­же­ния, и заме­не­ны на рва­ную рясу. Неко­то­рые муже­ствен­ные иерар­хи про­ти­ви­лось суду, а когда, под дав­ле­ни­ем царя, пер­во­и­е­рар­ха Церк­ви на осно­ве кле­вет­ни­че­ских пока­за­ний все-таки при­зна­ли винов­ным в «пороч­ной жиз­ни», они не поз­во­ли­ли сжечь мит­ро­по­ли­та Филип­па. Смерт­ная казнь была заме­не­на ссыл­кой в твер­ской Отроч монастырь.

Оприч­ная поли­ти­ка нес­ла в себе мощ­ный анти­цер­ков­ный эле­мент. Тра­ги­че­ская смерть мит­ро­по­ли­та Филип­па дает еще одно под­твер­жде­ние это­му: его умерт­вил оприч­ник Малю­та Ску­ра­тов-Бель­ский, не понес­ший ника­ко­го нака­за­ния за погуб­ле­ние инока.

Свя­ти­тель Филипп ушел из зем­ной жиз­ни 23 декаб­ря 1569 года. В 1590 году его мощи были пере­не­се­ны из Твер­ско­го Отро­ча мона­сты­ря в Соло­вец­кий, а в 1652 году, раде­ни­ем зна­ме­ни­то­го Нико­на и с боль­ши­ми тор­же­ства­ми, — в Успен­ский собор Мос­ков­ско­го крем­ля. Там они ныне и при­бы­ва­ют в раке у южно­го вхо­да в храм, перед самым иконостасом.

Дмит­рий Володихин