Киккская икона Божией Матери

Монастырь Киккской иконы Божией Матери

Пол­ное назва­ние оби­те­ли тако­во: свя­щен­ный цар­ский и став­ро­пи­ги­аль­ный мона­стырь Кикк­ской ико­ны Божи­ей Мате­ри. Цар­ским он назы­ва­ет­ся пото­му, что был осно­ван на лич­ные денеж­ные пожерт­во­ва­ния визан­тий­ско­го импе­ра­то­ра Алек­сея Ком­ни­на (1081 – 1118); став­ро­пи­ги­аль­ным – пото­му, что на заклад­ном камне был поме­щен крест, а на адми­ни­стра­тив­ном язы­ке Церк­ви это озна­ча­ет, что мона­стырь обла­да­ет само­управ­ле­ни­ем, разу­ме­ет­ся, в рам­ках Кипр­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви. Про­ис­хож­де­ние назва­ния «Кикк­ский» неиз­вест­но. Соглас­но рас­про­стра­нен­ной точ­ке зре­ния, оно вос­хо­дит к назва­нию дико­го кустар­ни­ка, про­из­рас­та­ю­ще­го в дан­ной мест­но­сти, назы­ва­е­мо­го так­же и кок­кос. Пре­да­ние свя­зы­ва­ет назва­ние «Кикк­ский» и с пени­ем неко­ей пти­цы, кото­рая в визан­тий­ские вре­ме­на обле­та­ла окрест­ные горы и пред­воз­ве­ща­ла осно­ва­ние мона­сты­ря таки­ми сти­ха­ми: «На Кикк­ской, Кикк­ской горе будет оби­тель, / Золо­тая Гос­по­жа в нее вой­дет и нико­гда не выйдет».

Так на самом деле и про­изо­шло, посколь­ку в мона­сты­ре, кото­рый был постро­ен на Кикк­ских горах, с кон­ца ΧΙ века хра­нит­ся чудо­твор­ная ико­на Божи­ей Мате­ри Киккской.

Оби­тель нахо­дит­ся в запад­ной части гор­ной цепи Тро­одос на рас­сто­я­нии все­го 18 км от самой высо­кой гор­ной вер­ши­ны Кип­ра – Олим­па. Она постро­е­на на высо­те при­бли­зи­тель­но 1200 м над уров­нем моря, сре­ди буй­ной рас­ти­тель­но­сти – кустар­ни­ков и дере­вьев. Как видим, место­по­ло­же­ние оби­те­ли весь­ма удоб­но для того, что­бы здесь, ни на что не отвле­ка­ясь, пре­да­вать­ся молит­вен­но­му подвигу.

Мона­стырь суще­ству­ет вот уже 900 лет, при этом бра­тия его посвя­ща­ла себя не толь­ко мона­ше­ско­му дела­нию. Тру­ды насель­ни­ков оби­те­ли были направ­ле­ны и на то, что­бы укре­пить наци­о­наль­ное само­со­зна­ние кипри­о­тов; вел мона­стырь и боль­шую бла­го­тво­ри­тель­ную рабо­ту. Бла­го­да­ря все­му это­му Кикк­ская оби­тель по пра­ву ста­ла счи­тать­ся одним из важ­ней­ших духов­ных цен­тров ост­ро­ва. Она все­гда сто­я­ла на стра­же исто­ри­че­ской памя­ти и пра­во­слав­но­го созна­ния кипри­о­тов, кото­рым при­шлось пере­жить нема­ло тяже­лей­ших испы­та­ний, в том чис­ле и мно­го­лет­нее пора­бо­ще­ние ино­стран­ны­ми захват­чи­ка­ми, что нес­ло в себе угро­зу пол­но­го исчез­но­ве­ния кипри­о­тов как народа.

Монастырский ансамбль 

Ансамбль мона­сты­ря состо­ит из мно­же­ства раз­но­род­ных архи­тек­тур­ных эле­мен­тов, посколь­ку фор­ми­ро­вал­ся в зави­си­мо­сти от потреб­но­стей, усло­вий и финан­со­вых воз­мож­но­стей каж­дой эпо­хи. Осно­ву ансам­бля состав­ля­ет храм и раз­лич­ные построй­ки вокруг него, как-то: игу­мен­ский кор­пус, зал собра­ний, мона­ше­ские кельи, биб­лио­те­ка, музей, залы для при­е­мов гостей, эко­но­ми­че­ский отдел и дру­гие. В цен­тре – моще­ный пли­та­ми двор с источником.

Сего­дня мона­стыр­ские поме­ще­ния в боль­шин­стве сво­ем реста­ври­ро­ва­ны и укра­ше­ны изоб­ра­же­ни­я­ми на раз­лич­ные цер­ков­ные сюже­ты. По боль­шей части это моза­и­ка, кото­рая укра­ша­ет вход, сте­ны внут­рен­не­го дво­ра и кори­до­ров, гар­мо­нич­но впи­сы­ва­ясь в архи­тек­тур­ные осо­бен­но­сти места.

Пре­столь­ный празд­ник мона­сты­ря Кикк­ской ико­ны Божи­ей Мате­ри – 8 сен­тяб­ря – Рож­де­ство Бого­ро­ди­цы, хотя в мона­сты­ре тор­же­ствен­но отме­ча­ют­ся все Бого­ро­дич­ные празд­ни­ки. В празд­ник древ­ней оби­те­ли тыся­чи палом­ни­ков сте­ка­ют­ся сюда. Боль­шин­ство из них посе­ля­ет­ся в новых госте­вых кор­пу­сах, кото­рые в послед­нее вре­мя были постро­е­ны вме­сте с дру­ги­ми зда­ни­я­ми рядом с мона­стыр­ским ком­плек­сом для того, что­бы более удоб­ным сде­лать про­жи­ва­ние палом­ни­ков и дру­гих посе­ти­те­лей, кото­рые во мно­же­стве в тече­ние все­го года при­ез­жа­ют в монастырь.

В окрест­но­стях так­же нахо­дят­ся мона­стыр­ские построй­ки, такие как цер­ковь свя­ти­те­ля Васи­лия Вели­ко­го, цер­ковь апо­сто­ла Андрея Пер­во­зван­но­го и амбе­ли­кья с куста­ми роз, из кото­рых про­из­во­дят бла­го­ухан­ную розо­вую воду.

Мона­стырь, по всей види­мо­сти, не был постро­ен по еди­но­му пла­ну. Он стро­ил­ся в несколь­ко при­е­мов в соот­вет­ствии с тре­бо­ва­ни­я­ми при­род­но­го ландшафта.

Сего­дня он выгля­дит таким обра­зом: два вымо­щен­ных кам­нем дво­ра, нахо­дя­щих­ся на раз­ных уров­нях, с дву­мя вхо­да­ми, окру­жа­ют кор­пу­са келий. На ниж­нем уровне двор с севе­ра огра­ни­чен глав­ный мона­стыр­ским хра­мом (кафо­ли­ко­ном), с юга – сред­ним кор­пу­сом, с восто­ка – двух­этаж­ным кор­пу­сом, где рас­по­ла­га­ет­ся восточ­ный вход в оби­тель, так назы­ва­е­мый «Като кама­ра», а с запа­да – водо­е­мом, пре­вра­щен­ным в музей.

На верх­нем уровне, где рас­по­ла­га­ет­ся цен­траль­ный вход в оби­тель, двор огра­ни­чен с севе­ра сред­ним кор­пу­сом, а с юга, восто­ка и запа­да – дру­ги­ми соот­вет­ству­ю­щи­ми кор­пу­са­ми. Сво­ды обра­зу­ют пор­ти­ки перед фаса­да­ми стро­е­ний, нахо­дя­щих­ся вокруг двора.

На пер­вом эта­же южно­го кор­пу­са рас­по­ла­га­ют­ся кельи, на вто­ром – мона­стыр­ская биб­лио­те­ка. В запад­ном кор­пу­се нахо­дят­ся кельи, боль­шой зал собра­ний и неболь­шая часов­ня во имя свя­то­го Хар­лам­пия. Сред­ний четы­рех­этаж­ный кор­пус состо­ит из келий и склад­ских поме­ще­ний. В восточ­ной его части рас­по­ла­га­ют­ся тра­пез­ная, повар­ня и дру­гие поме­ще­ния. В восточ­ном кор­пу­се рядом с кафо­ли­ко­ном – на пер­вом эта­же кельи, а на вто­ром эта­же – игу­мен­ские покои. И те, и дру­гие бога­то укра­ше­ны дере­вян­ной резь­бой. Мона­стырь выстро­ен из мест­но­го необ­ра­бо­тан­но­го кам­ня. Пере­кры­ты мона­стыр­ские построй­ки сло­жен­ны­ми из кам­ней кама­ра­ми с новой двух­скат­ной кры­шей из бетон­ной черепицы.

Храм

Храм был постро­ен спе­ци­аль­но для хра­не­ния свя­то­го обра­за. Пер­во­на­чаль­но он был дере­вян­ным, как и все мона­стыр­ские построй­ки. Дере­вян­ные соору­же­ния были лег­кой добы­чей пожа­ров, кото­рые в 1365 и око­ло 1541 годов нанес­ли оби­те­ли серьез­ный ущерб. Тогда же погиб­ли и укра­шав­шие ее вели­ко­леп­ные фрес­ки. После пожа­ра 1541 года мона­стырь был зано­во отстро­ен, но на сей раз дере­во было заме­не­но кам­нем. Тем не менее, пожа­ры слу­ча­лись и позд­нее, в 1751 и 1813 годах. Они ста­ли при­чи­ной гибе­ли людей, уни­что­жи­ли стро­е­ния внут­ри оби­те­ли, мона­ше­ские кельи и гости­ни­цы, тру­ды духов­но­го содер­жа­ния и про­из­ве­де­ния искус­ства, насчи­ты­вав­шие несколь­ко веков, пре­вра­ти­ли в пепел важ­ные руко­пи­си и исто­ри­че­ские документы.

Храм пер­во­на­чаль­но был одно­не­фным, но позд­нее стал трех­неф­ным. В сво­ем нынеш­нем архи­тек­тур­ном виде он пред­став­ля­ет собой куполь­ную бази­ли­ку. Цен­траль­ный алтарь посвя­щен Божи­ей Мате­ри, пра­вый при­дел – всем свя­тым, а левый – архан­ге­лам Миха­и­лу и Гавриилу.

Ико­но­стас, соглас­но име­ю­щей­ся над­пи­си, был соору­жен в 1755 году, то есть сра­зу после пожа­ра 1751 года. Как он, так и хра­мо­вые ико­ны чудес­ным обра­зом были спа­се­ны от послед­не­го пожа­ра 1813 года. Зна­ме­ни­тая Кикк­ская ико­на Божи­ей Мате­ри нахо­дит­ся в цен­тре ико­но­ста­са, она тре­тья по поряд­ку сле­ва от цар­ских врат.

Боль­шин­ство икон напи­са­но в визан­тий­ской тех­ни­ке, хотя есть неко­то­рые, в кото­рых явно усмат­ри­ва­ют­ся эле­мен­ты запад­но­го вли­я­ния. К таким отно­сят­ся и те ико­ны, что были напи­са­ны в кон­це XVIII века крит­ским худож­ни­ком Иоан­ном Кор­на­ро­сом (1745 – 1812). Декор церк­ви допол­ня­ют лам­па­ды, боль­шие под­свеч­ни­ки, пани­ка­ди­ла изу­ми­тель­ной рус­ской рабо­ты XVIII – XIX веков и раз­лич­ные бого­слу­жеб­ные сосу­ды и приношения.

Про­дол­же­ни­ем хра­ма явля­ет­ся коло­коль­ня, постро­ен­ная толь­ко в 1882 году, посколь­ку в тече­ние дли­тель­но­го вре­ме­ни турец­ко­го гос­под­ства окку­пан­ты не доз­во­ля­ли зво­нить в коло­ко­ла. На коло­кольне шесть коло­ко­лов, самый боль­шой из кото­рых, весом в 1280 кило­грамм, отлит в России.

Киккская икона Божией Матери

Сре­до­то­чи­ем Кикк­ской оби­те­ли явля­ет­ся ико­на Божи­ей Мате­ри Кикк­ская, кото­рая, соглас­но пере­да­ва­е­мо­му из поко­ле­ния в поко­ле­ние пре­да­нию, напи­са­на свя­тым апо­сто­лом Лукой с Самой Бого­ро­ди­цы. Эта свя­тая ико­на извест­на еще и как Бого­ро­ди­ца Мило­сти­вая («Источ­ник мило­сти»). На ней изоб­ра­же­на Бого­ро­ди­ца, Кото­рая дер­жит на пра­вой руке Хри­ста. Образ этот изве­стен во всем пра­во­слав­ном мире. С него напи­са­ны мно­гие ико­ны в Гре­ции, Рос­сии, Гру­зии, Бол­га­рии, Егип­те, Эфи­о­пии, что сви­де­тель­ству­ет о боль­шом почи­та­нии, кото­рым поль­зу­ет­ся ико­на сре­ди пра­во­слав­ных наро­дов. В 1576 году ико­на была покры­та сереб­ря­ной позо­ло­чен­ной ризой, а новая риза была уста­нов­ле­на в 1795 году. Лик Божи­ей Мате­ри закрыт и нико­гда не откры­ва­ет­ся, веро­ят­но, пото­му, что тако­во было жела­ние импе­ра­то­ра Алек­сея Ком­ни­на, а может быть пото­му, что так ико­на вну­ша­ет боль­шее уважение.

Рас­ска­зы­ва­ют, что в 1669 Алек­сан­дрий­ский пат­ри­арх Гера­сим дерз­нул под­нять покров и уви­деть лик Бого­ро­ди­цы, но за это бого­хуль­ство был нака­зан. Со сле­за­ми на гла­зах он был вынуж­ден про­сить у Бога про­ще­ние. Рус­ский монах Васи­лий (Бар­ский), посе­тив­ший мона­стырь в 1735 году, пишет, что мона­хи откры­ва­ют лик ико­ны толь­ко в пери­од без­до­ж­дия и то толь­ко после того, как сна­ча­ла пере­не­сут ее на вер­ши­ну сосед­ней горы, извест­ной под назва­ни­ем Трон, где поют моле­бен, при­чем лика Бого­ро­ди­цы они не видят, посколь­ку он обра­щен к небу.

Народ очень чтит свя­тую ико­ну. В бес­чис­лен­ном мно­же­стве песен вос­пе­ва­ет­ся Божия Матерь Кикк­ская. Весь­ма вели­ко чис­ло исто­ри­че­ских сви­де­тельств о тех поче­стях, кото­рые воз­да­ва­ли этой иконе во вре­мя крест­ных ходов по все­му ост­ро­ву. Так же бла­го­го­вей­но ее чти­ли и веру­ю­щие из дру­гих стран. В ста­ри­ну, отправ­ля­ясь в палом­ни­че­ство на Свя­тую Зем­лю, заез­жа­ли и на Кипр, что­бы посе­тить этот извест­ней­ший мона­стырь ост­ро­ва. Есте­ствен­но, что сего­дня, когда совре­мен­ные сред­ства сооб­ще­ния облег­ча­ют и сокра­ща­ют поезд­ки, к иконе при­ез­жа­ет огром­ное чис­ло палом­ни­ков. В мона­стырь при­бы­ва­ют веру­ю­щие из мно­гих частей све­та, при­бе­гая к чудо­твор­ной силе Бого­ро­ди­цы, про­ся исце­ле­ний и что­бы почерп­нуть сил для пере­не­се­ния жиз­нен­ных испытаний.

В хра­ме мы видим при­но­ше­ния, кото­рые сви­де­тель­ству­ют о чуде­сах Бого­ро­ди­цы. Так, напри­мер, была при­не­се­на в дар частич­ка язы­ка рыбы-меч – в память о спа­се­нии от вер­ной гибе­ли моря­ков одно­го кораб­ля, кото­рый в 1718 году был прон­зен этой огром­ной рыбой. Один негр захо­тел осквер­нить ико­ну, и за это у него отсох­ла рука, изоб­ра­же­ние кото­рой в напо­ми­на­ние об этом собы­тии нахо­дит­ся рядом с ико­ной. Чуде­са Бого­ро­ди­цы вос­пе­ва­ют­ся и в сти­хах, сочи­нен­ных раз­ны­ми сти­хо­твор­ца­ми; эти сти­хи не раз пуб­ли­ко­ва­лись в изда­ни­ях для наро­да. Силой свя­той ико­ны в пери­о­ды силь­ных засух лил дождь, бес­плод­ные жены рожа­ли, боль­ные исце­ля­лись. В про­шлом ост­ро­ви­тяне посто­ян­но про­си­ли кикк­ских мона­хов при­не­сти ико­ну в их дерев­ни ради освя­ще­ния, пото­му что вери­ли, что одно­го лишь ее при­сут­ствия было доста­точ­но, что­бы пре­кра­тил­ся мор, эпи­де­мия, чума или любое дру­гое сти­хий­ное бед­ствие. Но осо­бен­но ико­на помо­га­ла во вре­мя засу­хи. В исто­ри­че­ских источ­ни­ках при­во­дят­ся упо­ми­на­ния о частых крест­ных ходах и молит­вах наро­да с прось­бой о заступ­ле­нии, о том, что­бы отверз­лись небеса.

Во вре­мя турец­ко­го гос­под­ства кипри­о­ты часто при­бе­га­ли к помо­щи свя­той ико­ны. Для пере­не­се­ния ико­ны и вооб­ще выно­са ее за пре­де­лы оби­те­ли тре­бо­ва­лось осо­бое раз­ре­ше­ние, за выда­чей кото­ро­го хри­сти­ане обра­ща­лись к вла­стям с соот­вет­ству­ю­щим про­ше­ни­ем. Неред­ко осман­ские чинов­ни­ки отка­зы­ва­ли, и хри­сти­а­нам, что­бы добить­ся фир­ма­на – раз­ре­ше­ния, при­хо­ди­лось дохо­дить до само­го сул­та­на. Так, фир­ман 1643 года сооб­ща­ет, что одна­жды жите­лям уда­лось, обра­тив­шись к сул­та­ну, изба­вить­ся от про­из­во­ла чиновников.

«Трон Богородицы»

На вер­шине одной из гор к севе­ру от оби­те­ли нахо­дит­ся «Трон Бого­ро­ди­цы». В ста­ри­ну здесь дей­стви­тель­но сто­ял дере­вян­ный трон, на кото­рый ста­ви­ли ико­ну, когда вос­сы­ла­ли молит­вы к Бого­ро­ди­це, про­ся о дожде. В 1935 году место дере­вян­но­го тро­на заня­ла бетон­ная куву­к­лия, кото­рая в послед­нее вре­мя была заме­не­на дру­гой, боль­шей по раз­ме­ру и более вели­че­ствен­ной. Рядом нахо­дит­ся захо­ро­не­ние пер­во­го Пре­зи­ден­та Рес­пуб­ли­ки Кипр архи­епи­ско­па Мака­рия III (1913 – 1977), кото­рый вхо­дил в чис­ло бра­тии монастыря.

Расшитое покрывало и медная рука

Соглас­но опи­са­нию, при­ве­ден­но­му в кни­ге Н. А. Иони­ной «Пра­во­слав­ные свя­ты­ни» (изда­на по бла­го­сло­ве­нию Пат­ри­ар­ха Мос­ков­ско­го и Всея Руси Алек­сия II), искус­но выши­тое покры­ва­ло скры­ва­ет образ от лево­го верх­не­го угла до пра­во­го ниж­не­го, поэто­му лики Бого­ро­ди­цы и мла­ден­ца, сидя­ще­го у нее на руках, уви­деть невоз­мож­но. К иконе при­ве­ше­на мед­ная рука, кото­рую пода­рил мона­сты­рю один мавр. Одна­жды он поку­сил­ся на свя­ты­ню, после чего у него отсох­ла рука. Мавр рас­ка­ял­ся в сво­ем поступ­ке, попро­сил про­ще­ния у Божьей Мате­ри и был исцелен.

Но слу­чаи, когда на Кикк­скую ико­ну кто-либо поку­шал­ся, на самом деле ред­ки. Мно­гие не сме­ли даже тро­нуть ткань, под кото­рой скры­ва­ет­ся Бого­ро­ди­ца. Н. А. Иони­на утвер­жда­ет, что в раз­ное вре­мя это­го не сде­ла­ли ни пат­ри­арх Антио­хий­ский Силь­вестр, ни пат­ри­арх Алек­сан­дрий­ский Кос­ма, ни архи­епи­скоп Кипр­ский Фило­фей, ни дру­гие пред­ста­ви­те­ли духовенства.

Воля императора и слепота патриарха

По мате­ри­а­лам иссле­до­ва­тель­ско­го цен­тра мона­сты­ря ««Эн-кол­пи­он». Крат­кое опи­са­ние Свя­то­го Мона­сты­ря Кик­ко­са» (авто­ры Кок­ки­но­фтас Костис и Тео­ха­ри­дис Иоан­нис), ико­ну закры­ва­ют тка­нью в соот­вет­ствии с тра­ди­ци­ей, кото­рую ввел Алек­сей I Ком­нин. Он про­ник­ся таким тре­пе­том к свя­тыне, что посчи­тал ненуж­ным бес­по­ко­ить Бого­ро­ди­цу хоть одним лиш­ним и мимо­лет­ным взгля­дом. Да и покров, по мне­нию импе­ра­то­ра, вызы­вал боль­шее почте­ние к обра­зу Бого­ма­те­ри. Дело в том, что после того как Алек­сей рас­по­ря­дил­ся увез­ти ико­ну на Кипр, попра­вил­ся не толь­ко намест­ник Ману­ил Вуто­мит, но и дочь само­го пра­ви­те­ля, кото­рая в это вре­мя тоже стра­да­ла тяже­лым недугом.

Кро­ме того, одна­жды про­изо­шло собы­тие, кото­рое толь­ко под­твер­ди­ло пра­виль­ность выбран­ной Алек­се­ем пози­ции. По леген­де, Алек­сан­дрий­ский пат­ри­арх Гера­сим как-то при­под­нял покров на Кикк­ской иконе и тут же поте­рял зрение.